1487

Гангстер, который изменил сникер-индустрию

Знакомьтесь, Джеймс Уитнер – гангстер, который изменил сникер-индустрию

После выстрелов, которые могли прекратить его жизнь, теперь он строит империю на Восточном побережье, совместно с сыном Майкла Джордана.

В 37 лет, Джеймс Уитнер владеет и работает с 9 влиятельными бутиками одежды и обуви по всему Восточному побережью, в которые входят Social Status(в пяти местах), A Ma Maniere в Атланте, Trophy Room в Орландо. Отпечаток его бизнеса разрастается быстрее, чем его имя. В настоящее время он имеет небольшое количество подписчиков в Instagram, но его это не сильно беспокоит. Он просто счастлив остаться в живых.


“Каждый раз, когда мы выходили на улицу, гремел выстрел. Это было нормально. Мы никогда не знали, что могло случиться


В 2004 году он Уитнер вернулся в свой родной город, Питтсбург и проснулся прикованным к кровати – залечивал пулевое ранение, которое являлось результатом уличной драки его друзей с другой группой уличной шпаны. Это даже не был его бой. Пока он лежал в больнице, его друзья всегда навещали его. Джеймс говорит, что никого из его компании больше нет в живых. “Когда это случилось”, сказал он, “Я понял, что мне нужно завязывать с такой жизнью. Я должен заниматься чем-то другим”.

Многое поменялось в жизни Джеймса за последние 12 лет, но его опыт сегодня, как одного из самых быстро развивающихся магнатов Streetwear-индустрии, построен на его испытаниях в Питтсбурге, в городе, по описаниям Уитнера, в котором царит насилие и черным ребятам там трудно живется. “Каждый раз, когда мы выходили на улицу, гремел выстрел. Это было нормально. Мы никогда не знали, что могло случиться”.

Джеймс рос играя в футбол. Он посещал университет Edinboro, который окончил в 2001 году со степенью бакалавра, в области делового администрирования. Но он всё равно пошел торговать наркотиками на стороне, даже то перестрелок, он бежал по лезвию. “Я ходил по краю, меня могли бы заключить в тюрьму за хранение наркотиков на 2 года. С этой мыслью я закончил колледж с отличием”.

А когда произошла та роковая перестрелка, выбор стал очевиден: нужно начинать всё заново. Джеймс переехал в Шарлотт, Северная Каролина, и открыл свой первый магазин кроссовок, Flava Factory, в 2005 году это было очень далеко от его сегодняшних маркетинговых высот, которые заключаются в огромном количестве кроссовок и премиум одежде. “Я из проектов(коммуналки, общежития по-русски). Когда я начинал делать Flava Factory я был очень молод в плане мышления”, говорит Уитнер. “Когда я закрыл магазин я остался лишь с тем, что смог у знать за время его существования. Так продолжалось, пока я не открыл Social Status в 2007 году. Я хотел изменить положение вещей, потому что всё, что я делал – не являлось “городским” “.

С открытием Social Status, бутика кроссовок, который на данный момент признается на международном уровне, для Уитнера всё изменилось. Это был не просто выгодный бизнес – это было то, что заставило его понять, как извлечь выгоду, будучи большой рыбой в маленьком пруду. Большинство кроссовочных бутиков в Америке находились в крупных городах, таких как Нью-Йорк, Бостон и Лос-Анджелес. Джеймс знал, что не должен конкурировать на том же поле, что и они, поэтому он нацелился на “второстепенный” рынок.


“Джеймс смог создать империю кроссовочных бутиков, которые взаимодействуют с такими брендами как Reebok, Diadora, New Balance и позволяют себе покупать одежду от Off-White и Gosha Rubchinskiy”


“Это то, как Вы видите рынок. Если взглянуть на пейзаж США, то есть буквально пара бутиков, которые имеют значение. Есть вторичный рынок, который крут для тех городов, которые ничего не имеют внутри себя”, говорит Уитнер. “Я заметил, когда открыл Social Status в Питтсбурге и Шарлотте – там не было ничего подобного. После я двинул в Гринсборро, в город полный колледжей и никто не хотел там что-либо открывать. Потом я пришел в Релей, город где есть Duke, UNC и штат Северная Каролина. Там была культура, но не было того, кто мог бы её обслужить”.

Впечатляет то, что Джеймс смог создать империю кроссовочных бутиков, которые взаимодействуют с такими брендами как Reebok, Diadora, New Balance и позволяют себе покупать одежду от Off-White и Gosha Rubchinskiy. Но Уитнер говорит, что его жемчужина – это A Ma Maniere. Роскошная одежда, обувь высокого класса и всё это в одном магазине Атланты. Он

был открыт в 2014 году. Этот магазин освещали ребята из Complex вместе с 2 Chainz в эпизоде Complex’s Sneaker Shopping. A Ma Maniere специализируется на одежде таких брендов, как Stone Island, Rick Owens и на обувном бренде Hender Scheme. Уитнер также планирует открыть филиал в Вашингтоне, округе Колумбия.

“Секрет в том, что я больше похож на нарика, нежели на парня, помешанного на кроссовках”, смеется Джеймс.

Уитнер избежал уличной жизни в Питтсбурге, но у Атланты свои сюрпризы. В прошлом году A Ma Maniere стал жертвой нескольких грабежей. В сентябре 2015 года кто-то протаранил магазин на машине и злоумышленники украли товара на сумму более $15000. “В течении недели у нас были случаи въезда людей на автомобилях прямо магазин”, говорит Джеймс. “Мы понимали, что нужно защитить магазин, как сейф. Это проблема не была уникальна для нас, она была уникальна для Атланты”.

На вопрос о том, как такая ситуация заставляет Джеймса себя чувствовать, он отвечает: “Люди будут делать то, что они делают. Мне, в свою очередь, нужно на это реагировать. И эта реакция должна быть положительной, что это положительно для моего бизнеса. Часть людей, конечно, реагирует иначе, но не нужно кормить этот негатив”.

“Я не парень, который жаждет славы. Я жажду исполнения, готовую продукцию, а также за то, за что выступает бренд”, говорит он. “Я не чувствую себя законченным, если люди просто знают кто я. Я предпочту быть самым богатым парнем в мире, но чтобы меня никто не знал, нежели если я буду самым богатым парнем в мире и все будут знать кто я есть”.

Уитнер теперь работает с сыном Майкла Джордана, Маркусом Джорданом и помогает ему с Trophy Room, новым магазином кроссовок в Орландо, штат Флорида. Магазин получил известность благодаря вовлеченности в процесс и виденью Маркуса, но направляющая рука Джеймса из-за кулис помогает соединить все части воедино. “Я работал с Маркусом над всем, что он делал с Trophy Room”, объясняет Джеймс. “Общие друзья нас познакомили. Он хотел открыть бутик еще когда он учился в Университете. Один раз мы подключили его отца, как раз тогда, когда это было нужно. Они думали, что я был бы в состоянии помочь Маркусу, благодаря моему опыту, накопившемуся за 10 лет”.

Trophy Room может быть последним шагом для Джеймса, но он уверен, что это не так. У него есть план превратить его 9 магазинов в 20 до конца года.


“Когда Вы говорите о Hermes или Supreme – эти слова что-то значат в этом мире”


“Я амбициозный человек. Кто хочет всё потерять? Да никто, я хочу быть лучшим из лучших”, говорит Уитнер. “Если есть ребята, которые делают то, что Вы хотите, а Вы ничего не делаете – это сделают за Вас. Я же хочу быть победителем! Второе место – это не мое”.

Годами спустя, после того, как Питтсбург поставил на Джеймсе клеймо его жизни, он открыл 2 магазина в городе и арендует несколько зданий. Но он говорит, что никогда бы не хотел вернуться назад. “Кто я есть сейчас и кем я был раньше – это два разных человек”, говорит он.

Вместе с его новой жизнью, его место в обувной индустрии утвердилось еще крепче. На данный момент, Уитнер сосредоточен на том, что оставить своим детям (дочери и сыну). “Когда Вы говорите о Hermes или Supreme – эти слова что-то значат в этом мире”, говорит он. “Я хочу сопоставить для своих детей себя со своими брендами, с вещами, которые я создал, потому что они будут тогда, когда я умру”.

Статья: complex.com

Перевел: Даниил Кирилев